Нет худа без добра или кому обязаны грузинские матери.

Признание Ю.О. и Абхазии Россией поставили точку в 1-й (хочется верить и в последней) русско-грузинской войне. Народы — активные участники событий вздохнули свободно в ожидании исторической передышки. Одни это сделали шумно в рамках празднования своей независимости, другие тихо, в силу условий существования, но не менее искренно. В первую очередь я имею в виду грузинских матерей. Уж так случилось, что проблема рождаемости в Грузии существовала все послевоенные годы (имется ввиду ВОВ 1941-1945гг). В связи с чем был даже создан единственный в Союзе НИИ репродуктивной функции. Одно дело служить в национальной армии за приличные для Грузии деньги, совсем другое умирать за них. При всём коллективном шуме, производимом населением под контролем власти, грузины не собирались воевать с Россией. Это они доказали через 2-3 дня после начала боёв, когда не осталось сомнений против кого на самом деле приходится сражаться. Ещё более показательна позиция грузинской армии в Западной Грузии, где до боестолкновений дело вообще не дошло. Ну а самое показательное это народные пляски на митинге, организованном в центре столицы на фоне ура-патриотической демагогии грузинских вождей и их жалких компаньонов из польш и эстоний. Власти делали вид, что народ с ними. По форме это так, а по содержанию это была радость, что русские быстро закончили грузинский эксперимент, чем спасли тысячи молодых грузинских парней. Этому и радовались грузинские матери, да и отцы, конечно. По большому счёту, кто их может в этом укорять. Им казалось, что антирусская фразеология постсоветских вождей Грузии об «оккупации», русских, как врагах Грузии в числе прочих персов и турок, только слова. Но они им не противились. Внутри Грузии была невозможна критика режима по отношению к России и русским. Этим не занимались даже грузины, организовавшие «землячества» в самой России. Дав карт-бланш на своё будущее очередному психически неустойчивому субъекту — г.Саакашвили, они согласились на то, чем только и могло закончиться — очередной национальной катастрофой. Сам факт, что такие события в новейшей грузинской истории стали происходить с (не-) завидной регулярностью, говорит, что не всё так хорошо в грузинском доме. Часть восьмая»